В детстве, когда я отвечал отцу на русском, а он всегда говорил с нами, детьми, как и мать, только на родном языке, то он меня ругал:
«Орсас hарсмч?».

В школе, а я учился в 10-й, у нас были очень хорошие учителя калмыцкого языка. Нина Очировна Горяева, Раиса Эрдниевна Дентелинова проводили уроки интересно и эмоционально. Весь урок проходил исключительно на родном языке. Сейчас я пишу по-калмыцки без ошибок именно благодаря им.

В школе мы знали все падежи, склонения и всю другую грамматику языка, и наши учителя привили нам уважение и любовь к родному языку. Сказки, эпос «Жанһр», произведения писателей преподавались нам как кладезь народной мудрости, и мы проникались изящностью и красотой нашего языка. Ведь такой жанр, как, например, «Далн хойр худл», есть не у каждого народа.

Костяк нашего класса никогда не «сбегал» с уроков калмыцкого, хотя в угоду русским ученикам этот урок всегда ставили последним в расписании. А сейчас учителей калмыцкого презрительно называют «калмыковед»…
(сравните: собаковод, скотовод, краевед).

В советское время, начиная с прихода к власти коммунистов, все нерусские языки оказались под гнётом государственной политики, которая поставила целью создать «советского человека». Всех, кто тянулся к родной культуре и своему языку, причисляли к «националистам».

Помню, в 5–6 классе стоим на перемене и говорим на калмыцком, а проходившая мимо учительница Пустоварова делает нам замечание:
«Некультурно говорить рядом с другими на языке, который они не понимают».

Нынешнее время в какой-то степени ещё хуже, поскольку не только государство давит нерусские языки, но и сами представители, например калмыцкого народа, уже не тянутся изучать свой родной язык. Некоторые родители пишут заявления в администрацию школы, освобождая своих детей от изучения калмыцкого.

А одна продавщица-калмычка в 1-м микрорайоне в ответ на мой калмыцкий отрезала:
«Говорите нормально».

Быдлизм и манкуртизм в чистом виде.

Самый главный вопрос в этой важнейшей теме:
как нам возродить и вдохнуть новую жизнь в наш прекрасный язык?

К счастью, он ещё жив — есть много носителей языка, но отсутствует владение языком в массе нации. Почти нет его применения в государственных органах, в СМИ, в образовании.

Имперская сущность этого государства не даёт нам никаких шансов, хотя нынешние трагические события в соседней стране начались именно под предлогом защиты русского языка. Конечно, были и другие претензии, но эта была одной из главных. Они заходят в чужую страну, чтобы защитить язык, а нам, калмыкам и другим нерусским народам, этого права нет даже на своей родной земле.

Эта имперскость нынешней российской власти в корне отличается от империи Романовых, которая не подавляла так жёстко языки и культуры так называемых «инородцев». Она отличается даже от внутренней политики Китая в отношении малых народов, таких как монголы и ойраты.

Хочу представить читателю мнения тех, кто вносит посильный вклад в благородное дело возрождения.

Дорджи Церенов (инициатор «Калмыцкого клуба»), известный в элистинских кругах общественный активист и патриот своего народа, считает, что всё дело в лидере нации, подобно ханам в прошлом.

Юрий Абушинов активно продвигает дело возрождения в сетях, создавая словари и переводчики с русского на калмыцкий и обратно.

Другие активисты и неравнодушные люди претворяют в жизнь проекты перевода популярных мультфильмов на калмыцкий язык. В наше время появилось очень много прекрасных певцов на родном языке — этот огромный пласт заслуживает отдельного материала, как и творчество артистов Национального театра.